Мы в соц.сетях

Автобизнес

Глава “Шелл нефть”: после запуска завода в Торжке появляется больше масел Made in Russia

Вильям Козик рассказал, как идет развитие розничных сетей АЗС и авиатопливного бизнеса в России

Редакция

Опубликовано

 

Генеральный директор ООО "Шелл Нефть" Вильям Козик
Photo: Shutterstock

– Shell несколько лет назад запустила первый в России завод по смешению масел? Как идет развитие данного проекта?

– Завод по смешению масел открылся в октябре 2013 года и работает очень успешно. Объемы его производства растут, растет и ассортимент выпускаемой продукции. Сейчас он превышает более тысячи видов: с одной стороны, это разные типы масел для легковых машин, для большегрузного транспорта, для разных отраслей индустрии, а с другой – это продукция в разных видах упаковки: от цистерны до литровой бутылки.

– Насколько “просел” рынок масел в России в 2015 году? Какие ожидания на 2016 год и на среднесрочную перспективу?

– Кризис в России, безусловно, чувствуют все. Но, возможно, наша отрасль подвержена его негативному влиянию немного меньше, чем другие, например, такие как машиностроение. По данным независимых агентств, на которые опираемся в своей работе и мы, видно, что рынок масел сократился на 10%.

– Такое снижение сказывается на работе маслозавода?

– С одной стороны, конечно, сказывается. Если рынок проседает, продажи тоже идут в этом направлении. Но, с другой стороны, в общем объеме наших российских продаж все большую и большую долю занимают товары с маркировкой “Сделано в России”. И этот процесс идет только по нарастающей. Так что в этом году объемы производства масел будут примерно на уровне прошлого года.

– В следующем году объемы производства также не изменятся?

– Заглядывать так далеко – значит делать прогнозы и немного спекулировать. Я не должен это делать.

– Завод Shell по смешению масел в Торжке уже выведен на проектную мощность в 180 тыс. тонн?

– Объем в 180 тыс. тонн в год – это максимально возможная мощность завода, когда все линии загружены с максимальной мощность. Это чисто теоретическая цифра. Она не является нашим планом. На текущий момент, наиболее загруженными являются линии по производству масла в бутылках для легковых машин, но и они не выведены на максимальную мощность.

– Какой объем производства масел ожидается по итогам года?

– – К сожалению, не могу назвать цифры до официальной даты публикации финансовых результатов компании в конце января.

– Работая на российском рынке, насколько активно вы сталкиваетесь с конкуренцией со стороны отечественных производителей “ЛУКОЙЛа”, “Газпром нефти”?

– Российский рынок достаточно хорошо сбалансирован. Различные конкуренты заняли определенные ниши этого рынка. Мы работаем немного в другом сегменте, чем большинство российских компаний и практически не пересекаемся с ними. Наша ниша более премиальная, мы работаем напрямую с производителями техники BMW, Volkswagen, Volvo, Mercedes-Benz, Suzuki и другими.

Производители легковых машин сталкиваются с постоянно ужесточающимся экологическим законодательством, требующим от двигателей все большего снижения выбросов СО2. Из-за этого они вынуждены конструировать все меньшие по объему двигатели внутреннего сгорания. Практически все производители стали выпускать турбированные двигатели.

Одновременно идет процесс повышения экологических требований к топливу. Все требует нового подхода к маслам. С одной стороны, масла для таких двигателей должны иметь низкий показатель вязкости, с другой стороны – низкая вязкость обычно несет риск быстрого износа двигателя. Нужно было решить проблему, как сбалансировать эти две вещи, как сделать масло низкой вязкости, которое обеспечит правильную работу двигателя и сбережет топливо. Shell предложил выпускать базовое масло из газа по технологии PurePlus в рамках СПГ-проекта в Катаре. У нас в России очень популярна вязкость 5W30. Но ведущие автопроизводители собираются выпускать двигатели, требующие вязкость 0W16. Это очень маловязкие масла, в России таких масел вообще пока нет. Рассчитываем, что мы сможем выпускать масло под такие требования.

– Какая доля у Shell на российском рынке масел?

– По данным агентства Kline за 2014 г., общая доля Shell на мировом рынке смазочных материалов составила порядка 12%. Про российский рынок могу сказать только, что мы наращиваем нашу долю здесь, даже несмотря на кризис.

– Если все идет так хорошо, планируете ли расширять бизнес по производству смазочных материалов в России? Есть ли возможность и необходимость расширить сам завод, или, например, построить, второй завод в Сибири или на Дальнем Востоке?

– Площадь, которую занимает завод в Торжке, конечно, большая, но необходимости его расширять нет. Строительство второго завода тоже не планируем. Завод должен быть ближе к точкам поставок базовых масел, присадок и упаковок. Легче возить готовое расфасованное масло, чем все необходимые для него ингредиенты.

– Есть ли задача расширяться за счет новых видов продукции?

– Да. Запустив завод в Торжке, мы начали производство с самых популярных марок. Постепенно мы переносим в Россию и менее массовые продукты? так что меняется не сама линейка продукции, а меняется маркировка, и вместо “made in Germany” все больше появляется “made in Russia”. Кроме того, в рамках общемировой тенденции будет внедрять масла с более низкими показателями вязкости.

– Рассматриваете ли возможность экспорта российских масел в другие страны: Казахстан, Украину, Белоруссию?

– В этом году мы уже начали поставлять наши масла из Торжка в Белоруссию. До этого туда шли масла из Европы. В ближайшем будущем, скорее всего, во втором квартале следующего года, мы планируем начать поставки в Казахстан.

– Планируются поставки на экспорт в дальнее зарубежье?

– Это зависит от многих факторов, в том числе от таможенных. Теоретически можно было бы наладить поставки в Польшу и другие европейские страны. Но высокие экспортные пошлины сильно ограничивают возможности выгодного экспорта масел из России. Вся экономическая целесообразность такого экспорта в Европу исчезает.

– Рассматривается ли идея организации производства базовых масел в России?

– Базовое масло – это один из продуктов, производимых на нефтеперерабатывающих заводах. У нас нет НПЗ в России, и нет планов по его строительству или покупке.

– То есть пока логистическая схема, при которой базовые масла поставляются из Финляндии, сохраняется?

– Базовые масла, которые мы используем в Торжке, производятся в разных точках, например масла на основе технологии Pure Plus, на GTL-заводе в Катаре. Оно поставляется из Катара в Россию через Финляндию.

– Это достаточно сложное транспортное плечо. Не дешевле ли все-таки создать НПЗ в России?

– Нет.

– Как развивается сегмент розничных продаж топлива? Планируете ли увеличивать свою сеть АЗС в России?

– Сейчас у нас 160 заправок Shell в России, тогда как еще два с половиной года назад мы отпраздновали открытие 100-й АЗС в России. Из-за огромной географии страны говорить о развитии сети заправок в России всегда немного сложнее, чем в среднестатистической европейской стране. Россия – это огромный океан с маленькими островами больших городов. Развивать сети заправок можно и целесообразно в этих островах, где большая численность населения. Мы и придерживаемся этого принципа, постепенно наращивая заправки в Москве и Московской области, в Санкт-Петербурге и Ленинградской области, а также на основных трассах, соединяющих российские города с Европой. Постепенно мы начали смотреть на другие города. Показательный пример – это Ростов-на-Дону и Ростовская область. Здесь Shell подписала лицензионный договор по ряду АЗС. Теперь наш партнер ребрендирует свои заправки под Shell,

Конечно, нельзя говорить о каких-то существенных цифрах доли рынка в этом огромном океане. Есть огромное пространство для развития нашей сети и в Москве, и в Подмосковье, и в Санкт-Петербурге. Кроме того, мы рассматриваем возможность применения ростовского сценария и в других больших европейских городах России.

– Рассматривается ли вариант модернизации АЗС?

– Это хороший вопрос. И ответ не будет простым. Свои заправки мы не строили с нуля, а покупали, поэтому они имеют существенные ограничения по площади. Застройка в городах плотная, купить или арендовать правильный по форме участок практически невозможно, сложно купить или арендовать участок под застройку заправки ” с нуля”.

– Среди основных поставщиков топлива на ваши АЗС называлась “Башнефть”. Планируете ли расширять число поставщиков?

– Большая часть наших закупок топлива делается на споте. Российский рынок только входит в фазу долгосрочных контрактов, в которых используются ценовые формулы. В Европе, например, снабжение топливом уже давно идет, в основном, по годовым контрактам с четкой ценовой формулой, которая привязана к стоимости нефти. В России пока не так, мы много покупаем на споте. Какие-то объемы закупаем на Санкт-Петербургской Международной товарно-сырьевой бирже.

– Как развивается топливо-заправочный бизнес в аэропортах. Планируете выйти на рынок в новых городах России?

– Мы заправляем примерно 750 рейсов в месяц в двух аэропортах – “Пулково” в Санкт-Петербурге и “Домодедово” в Москве, тогда как несколько лет назад это было 300 рейсов. Планы дальнейшего развития этого бизнеса в России у нас есть, но пока рано говорить.

Читать дальше
Комментарии

Leave a Reply

Ваш e-mail не будет опубликован. Обязательные поля помечены *

Автобизнес

Как мы ведём разработку B2B портала автозапчастей

«Восход»

Опубликовано

 

Автор

Часто привожу аналогию, что веб-разработка — это как строительство дома. Есть проектировщики, каменщики, специалисты по отделочным работам и так далее.

Для ведения задач мы используем систему Аsana. Мы их разделили на проекты: архитектура, бэкенд, дизайн, фронденд, баги и дашборд.

Читать дальше

Автобизнес

Инго Чжон — о масле ZIC или счастье по-корейски

Какие масла поставляют в Россию?

«Восход»

Опубликовано

 

Автор

Про Инго можно уверенно сказать: наш человек! Только такой, не зная ни слова по-русски, мог рвануть за вторым высшим образованием из Сеула не куда-нибудь, а в Санкт-Петербург. В культурной столице России он умудрился в немыслимый срок выучить русский, поступить в университет, устроиться на работу экскурсоводом для интуристов в Петергоф и в конце концов получить желанный диплом.

Лет десять назад именно Инго напророчил, что основным в корейском экспорте станет вовсе не электроника или автомобили, а нефтепродукты! О них и поговорим.

— Какие масла поставляют к нам из Кореи? Такие же, как в прочие страны?

— Другие! — неожиданно заявляет Инго. - Но не в смысле «лучше-хуже». Просто у нас есть как глобальные продукты, которые подходят для повсеместного использования, так и специальные, разработанные с учетом особенностей климата и регионального автопарка.

Например, в Корее не требуют масел с допусками европейских автопроизводителей, а в России без них никуда. Вот почему для каждого импортера мы готовим линейку масел, созданную именно под него.

— Узнаваемых металлических канистр ZIC в продаже больше нет. Почему вы перешли на пластик?

— Мы ломаем стереотипы. У многих сложилось представление, что масло в жестяных канистрах — что-то сугубо восточное, для «японок» и «кореянок». Поэтому эволюции мы предпочли спланированную революцию, которую готовили три года. Поменять одну канистру на другую проще простого. Но в данном случае мы предлагаем продукт совершенно новой формулы. Покупая улучшенный товар в старой канистре, редко кто обратит внимание на улучшения — так уж устроена человеческая психика.

— Не секрет, что в кризисные времена многие берут что подешевле…

— Ошибаются те, кто считает, что все бросятся покупать откровенную дешевку, не обращая внимания на основные свойства того или иного продукта. В чем-то кризис нам даже на руку, поскольку у нас много козырей, которых нет у других. Например, базовое масло мы производим сами и даже поставляем его крупнейшим мировым компаниям. При этом у масел ZIC очень хорошее соотношение цены и качества. А это куда важнее, чем только лишь бросовый ценник.

— А как долго живет корейское масло?

— Мы в Корее одно время полагали, что человек должен жить долго. Но потом задумались: а зачем, если ты больной и беспомощный? И изменили подход: нужно в первую очередь быть счастливым — и при этом жить долго. Ведь на первом месте стоит счастье, а не погоня за долголетием любой ценой. Мне приходится много ездить — от Баку до Амстердама, и я знаю: подход к периодичности смены масла бывает разным. Казалось бы, одинаковые бочки, но в одном месте масло меняют через 5000 км, а в другом — через 25 000 км. Наверное, счастье каждый видит по-своему.

Читать дальше

Автобизнес

Слияние Renault и FCA

Fiat Chrysler Automobiles и Renault обвиняют французское правительство в срыве сделки

Редакция

Опубликовано

 

Автор

Photo: Shutterstock

Fiat Chrysler Automobiles и Renault обвиняют французское правительство в срыве сделки о слиянии, но на самом деле ей препятствует Nissan. С ним потенциальным союзникам и придётся договариваться.

Противником слияния оказалась компания Nissan, состоящая с начала века в альянсе с Renault. Дело в том, что Джон Элканн и Жан-Доминик Сенар, председатель совета директоров Groupe Renault, с весны вели переговоры о сделке, не поставив в известность руководство Nissan, и оно, конечно, обиделось. Гендиректор Ниссана Хирото Сайкава фактически узнал о сделке из газет и получил уведомление от Сенара лишь за несколько часов до оглашения предложения. Формально Сайкава встретил известие сдержанно и пообещал взвесить пользу для Ниссана от будущего союза FCA и Renault, но в непубличном пространстве японские начальники буквально рвали и метали, искренне полагая, что их предали.

Между тем цели у Ниссана были совсем другие: японская фирма хотела усилить свою роль в Альянсе и при этом сохранить независимость. Напомним, что бывший глава Альянса Карлос Гон хотел полного слияния Renault и Nissan, за что и поплатился – его отстранили от дел и выдвинули против него кучу уголовных обвинений в злоупотреблениях и растрате. Собственно, ещё скандальный арест Гона поставил под вопрос будущее Альянса, но французское правительство на правах акционера захотело стабильности и пообещало Ниссану, что его отношения с Renault станут более справедливыми.

Теперь, в свете слияния FCA и Renault, выходит, что французские власти (конкретно глава Минфина Брюно Ле Мэр) не просто не выполнили обещание поддержать Nissan после инцидента с Гоном, но и оставили его в дураках. Ле Мэр стал оправдываться и заявил, что поддержит сделку лишь при условии учёта интересов Nissan. Элканн в свою очередь, чтобы задобрить французские власти, предложил им одно место в будущем совете директоров Preeminent Global Automotive Group и гарантировал сохранение рабочих мест на заводах Renault.

Голосование по предложению о слиянии в совете директоров Renault два раза откладывалось из-за экстренных согласований, и вот, наконец, 5 июня сделку должны были одобрить, но Ле Мэр попросил дополнительное время на обдумывание, потому что два представителя Ниссана в совете директоров Renault заявили, что воздержатся от голосования. По сути, это означало, что японцы недовольны сделкой, и Ле Мэр, чтобы сохранить лицо, вступился за них.

Читать дальше

Горячее